Годэн Жан "Новый гипноз. Глоссарий, принципы и метод"

Скачать в архиве

Qt переводчика

Жан Годэн - известный французский ncиxиaтp, доктор медицины и пcиxoлoгии, профес-cop, основатель и руководитель парижского Института Милтона Эpикcoна, а также выходяще-го в Париже журнала «Феникс», посвященного проблемам эриксоновской терапии. Наследи-ем Милтона Эриксона он заинтepecoвалcя, имея огромный врачебный (Годэн начинал свою медицинскую карьеру как врач общей пpaктики, много лет работал в Африке), психиатричес-кий, Психотерапевтический опыт. Он был одним из пepвыx, кто открыл Эриксона для Фран-ции. Предлагаемая вниманию читателей книга переведена на все европейские языки, много-кратно издавалась и в Старом, и в Новом Свете. На русском языке издается впервые.

Название книги символично: помимо своей основной задачи, сформулированной в заг-лавии, в ней дается очень глубокое и во многом новое представление о гипнозе в широком омыСле этого слова.

- В первой части книги при переводе порядок словарных статей coxpaнен, то есть он соответ-ствует латинскому алфавиту. Это сделано для того, чтобы не нарушать авторский замысел. Отыс­кать любое из ключевых понятий (они помечены звездочками - *) можно, пользуясь автороким перечнем ключевых слов, приведенным в конце книги.

Выражаю искреннюю благодарность доктору психологии Михаилу Гинзбургу, любезно согласившемуся редактировать этот перевод.

Сергей К. Чернетский

Предисловие

Почему в предисловии к своей книге о новом гипнозе Жан Годэн обращается к тем, кто не является безусловным приверженцем гипноза?

Жан Годэн - последователь Эриксона, и ему ведомо, что труды Эриксона стали базой как для нашего сегодняшнего мышления, так и для расцвета мировой психотерапии. Еще в 1953 году Бейтсон старался обратить внимание Эриксона на парадоксы, возникающие в процессе человеческого общения. Подобно Эриксону, мы предпочитаем знание-умение абстрактному теоретическому знанию, мы стараемся пользоваться простым языком - языком пациента и, конечно, так же, как и Эриксон, ценим юмор. Наши работы определенно не ограничиваются областью гипноза, они устремлены к поиску новых путей.

Жан Годэн верен Эриксону и в своем уважении к тому, что он называет «озарениями», другими словами, к эриксоновскому интуитивному подходу. Но он не воспринимает все напи­санное Эриксоном как догму. Годэн не только отбрасывает некоторые эриксоновские техники или делает вид, что они ему не известны, - подобно некоторым новейшим исследователям, таким, как Барбер, он ставит под сомнение само понятие «гипнотического состояния», припи­сываемое Эриксону.

В противовес этому Жан Годэн старается определить место гипноза в рамках современ­ной психологии, беря на вооружение принципы, которые Институт психических исследований развивал на протяжении десятилетий: речь идет об отказе от линейного типа объяснений в пользу причинности «циркулярного» типа, о предпочтении информационной концепции, а не концепции энергетической (либидо), слишком долго использовавшейся для объяснения всего в психологии, и особенно об интересе к тем изменениям, которых мы добиваемся в психоте­рапии, называя их «изменениями второго порядка». С этой точки зрения психотерапия - это прежде всего изменение рамок.

Эта книга посвящена методам, которыми Эриксон пользовался в последние годы своей жизни. В ней детально описывается подход, цель которого - способствовать личностной ин­теграции пациента и его мобилизации для поиска решения. В противоположность более ста­рому представлению о гипнозе здесь больше не идет речь о коммуникации, направленной на выявление предполагаемых причин из прошлого или предлагающей некие идеи, но о подходе освобождающем и по-настоящему психотерапевтическом.

Сам Эриксон не обобщил важнейшие результаты своей работы, но существует множе­ство трудов, в которых делаются подобные попытки. Однако ни один из них не сравним с данной книгой: это свод интуитивных постижений Эриксона, где они систематизированы и представлены в доступной форме. Этот синтез, осуществленный прагматичным практиком, -прекрасное введение в гипноз для тех, кто его для себя открывает, и справочное руководство для всех остальных.

Двигаясь от представлений Эриксона, Жан Годэн развертывает свою собственную кон­цепцию гипноза. Верный совету Эриксона, он стремится уточнять значения терминов: по­нятие установки для него - это краеугольный камень всего свода, определение понятия вну­шения он считает неудовлетворительным и приводит его анализ и т. д. По его словам, понятия подобны деталям часового механизма и успех зависит от их правильного соединения.

Но что же такое сам гипноз? Жан Годэн предлагает нам метафору - образ Аполлона де Беллака. Аполлон де Беллак существует постольку, поскольку благодаря ему, если верить фран­цузскому юмористу Жироду, люди становятся лучше и красивее. Если же реальное существо­вание подобного образца прекрасного ставится под сомнение, то возникает вопрос: разумно ли отказываться от возможности ему следовать?

Какой толк непрестанно задаваться вопросом, является ли гипноз состоянием, которое действительно существует как таковое? Все, что считается специфическим для гипноза, мож­но наблюдать и вне его. Гипноз «не более чем культивирование определенных феноменов». Для Жана Годэна гипноз - это полезное понятие в той мере, в какой понятие может быть полезным. Это та гипотеза, благодаря которой удается достичь активной, позитивной и дей­ственной Для пациента мобилизации. С этой же позиции Жан Годэн трактует пример с тучным пациентом, сумевшим похудеть более чем на тридцать килограммов. «Это произошло безбо­лезненно, - заявлял тот. - Это не я, это мое бессознательное!» Представляет ли теоретичес­кий интерес уточнение понятия «бессознательного» в данном случае?

Гипноз, представленный таким образом, обладает не большей и не меньшей реальнос­тью, чем восемнадцатый верблюд из басни. Существуют способы психологического функцио­нирования, некоторые из них помогают достичь желаемых изменений. Психотерапия - это не что иное, как включение личностных механизмов пациента с помощью оператора, находяще­гося за пределами системы, откуда ему удобно менять ее функционирование.

Если отвлечься от слова «гипноз», то становится понятным, что этот подход существенно не отличается от используемого нами.

Я искренне надеюсь, что книга будет принята и признана так, как она этого заслуживает за все те богатства, которые она в себе несет.

Пол Вацлавик Пало Альт, март 1992

К ЧИТАТЕЛЮ

Гипноз - трудный предмет. Гипноз изменился. Появление «нового гипноза» ставит под сомнение иные привычные нам формы гипноза. Данные иногда очень противоречивы.

Эта книга приводит в систему, логически группирует многочисленные фактические данные. Она задумана как практическое руководство и отправной пункт для новых раз­мышлений.

О книге

Это произведение - не словарь, а скорее руководство. В алфавитном порядке сгруп­пированы понятия, необходимые для понимания целого; значение каждого из них по­могает раскрытию остальных. Каждое имеет свое место, как камень в постройке. Их не обязательно прочитывать от А до Z. Можно, например, начать с понятия определение гипноза (или с любого другого) и проследить углубление его значения, продвигаясь от понятия к понятию, следуя сноскам, пока наконец вопрос не будет изучен всесторонне. При каждом новом прочтении понимание будет углубляться в свете возникающих новых вопросов. у

Каждое понятие сопровождается аналогом на немецком, английском, испанском и итальянском языках*.

Приведенные здесь понятия выбраны по признаку полезности. Каждое из них долж­но содержать в себе:

  • либо экспериментальные данные, которыми нельзя пренебречь,

  • либо теоретический интерес,

  • либо практический совет.

Если это не всегда очевидно для какого-то из них, значит, данное понятие необходи­мо для чего-то иного, например, для анализа совершенной в процессе терапии работы. Эта книга - не энциклопедия по гипнозу, а результат выжимки, естественной селекции и свободна от всего необязательного.

Форма произведения оправдана сложностью проблемы гипноза. Рассматривать понятия одно за другим - единственный способ не запутать их во множестве вопросов, которые гип­ноз ставит перед нами. Эта книга, возможно, первая в своем роде, и я надеюсь, что подобная форма глоссария окажется полезной и для других исследований.

Язык книги

Он сознательно выбран простым; этот язык служит общим знаменателем для различных психотерапевтических школ. Он также делает книгу доступной широкому читателю.

' В русском издании приводятся только аналога терминов на английском языке, как наиболее распространенном.

Синтез

В книге изложена точка зрения на новый гипноз, наиболее распространенный в настоя­щее время во Франции. Я обязан ею в первую очередь Эриксону, но также и Араозу, Барберу, Сарбэну, Вайтценхофферу... и всем остальным.

Субъективное

Эта книга - итог личного пути. Полагаю, что она показывает нынешнее состояние гипно­за так, как я это понимаю.

Благодарности

Идея написания этой книги относится к 1981 году, когда состоялась моя беседа с Уилья­мом О'Ханлоном. Мы говорили о пользе книги-справочника, где были бы собраны наилучшие определения понятий. Я благодарю Билла за эту идею.

Составление перечня понятий было почти закончено к 1985 году, когда другая коллектив­ная работа отвлекла мое внимание. Теперь стало ясно, что несколько лет дополнительного созревания пошли на пользу.

В настоящее время эта книга представляет собой результат диалогов и споров со мно­гими собратьями по профессии и друзьями, которых я не перечисляю из опасения кого-нибудь не назвать. Многие сегодня превосходят меня в мастерстве. Наши вклады заключа­лись в совместном «обкатывании» подхода, клинические результаты которого нас почему-либо удивляли.

Этой книгой я обязан прежде всего гению Эриксона, который я открыл для себя более двадцати лет назад, прочитав предисловие к книге моего учителя Гартланда. Немалым трудом оказалось открывать для себя Эриксона, «озарения» которого, по воле случая разбросанные в комментариях к примерам из жизни, сохранялись его сотрудниками. Блестящее собрание его учеников: Барбер (Жозеф), Хейли, Лэнктон, Ластиг, О'Ханлон, Розен, Росси, Япко, Зейг и др. -дали мне очень многое.

Другие ученые, такие, как Араоз, Барбер (Теодор), Сарбэн и Вайтценхоффер, придали мне критической смелости и укрепили в стремлении прояснить и уточнить значение понятий, которыми мы пользуемся. Не знаю, в какой степени они узнают себя в этом произведении, но тем не менее воздаю им должное.

Другое направление мысли, которое не может игнорировать современная психология и которое необходимо для понимания гипноза, представлено огромным вкладом Бейтсона и его сотрудников: Дона Джексона, Фиша, Гельмика Бэвина, Вацлавика, Уикленда... Эти исследова­ния в Пало Альто действительно представляют собой современный порыв к преодолению ус­таревшей концептуализации в психологии, слишком часто задыхающейся в терминах линей­ной причинности и энергетического баланса. Таков дух наших размышлений.

У меня не хватает слов, чтобы выразить мою признательность мадам Элизабет Эриксон; без ее ободрения и любезных свидетельств ее симпатии дар, полученный нами от Эриксона, не был бы полным.

Благодарю также всех своих иностранных друзей, присоединивших свои размышления к нашим, воех эриксонианцев Франции, без устали работающих в рамках нашего института или в нашем журнале, участвующих в наших собраниях. В какой-то мере они все являются соавто­рами этой книги. Отдельная благодарность тем, кто занимался редактированием и изданием, отдавая этой работе частицу себя: Илоне и Жан-Жаку Эйо, Элизабет Лаборд, Сильвиан Гарнье и Жаку Келе.

*Гипноз - это полная жизни связь,

возникающая в одном человеке

при горячей поддержке другого».

Ответ Эриксона коллеге

(Дж. Зейг, «Семинар с Милтоном Эриксоном»)

«We является ли новый гипноз

наукой о механизмах бессознательного

и о способах их активизации,

то есть новой главой в психологии?»

(Кандид)

Часть I ГЛОССАРИЙ

ABREACTION. ОТРЕАГИРОВАНИЕ

En.: Abreaction

Во время гипноза у пациентов может происходить отреагирование, то есть бурное прояв­ление эмоций.

Вероятность этого процесса выше, если пациент в прошлом пережил травмирующие собы­тия. Отреагированию, как правило, способствует возрастная регрессия*, но оно может возни­кать и спонтанно, без специального внушения*, когда эмоции, связанные с травмирующей ситу­ацией, как бы высвобождаются из-под гнета. Отреагирование всегда действует освобождающе, но для того чтобы обеспечить это терапевтическое действие, желателен хотя бы минимум опыта. Поэтому для того чтобы выбрать оптимальную технику, перед началом гипнотического сеанса необходимо провести тщательную беседу (анамнез*), (См.: травматический невроз*.)

ABSORBTION. ПОГЛОЩЕННОСТЬ

En.: Absorption

Сила воображения*, или поглощенность воображаемым, коррелирует с природной спо­собностью к гипнотическому функционированию. Другими словами, она присуща всем.

Теллеген и Аткинсон (Tellegen, Atkinson, 1974) разработали вопросник, позволяющий оценить эту способность в баллах, и смогли увязать количество получаемых баллов со способ­ностью функционировать* гипнотически.

Во время гипноза способность к поглощенности усиливается.

ACCEPTATION DES SUGGESTIONS. ПРИНЯТИЕ ВНУШЕНИЙ

En.: Acceptance of suggestions

На заре появления* гипноза считалось, что магнетизер, которого позже стали называть гипнотизером, обладает властью навязывать свои внушения* пациентам, которые вдруг ста­новятся пассивными (см. Месмер*, Пюисепор*, Брэйд*, Льебо* и Бернгейм*).

Бернгейм хорошо понимал разницу между принятием внушения и его реализацией, но он полагал, что оба эти параметра усиливаются как в обычном, так и в вызванном (гипнотичес­ком) сне (1916).

Считалось даже, что в гипнотическом состоянии человека можно заставить принять любую идею и/или совершать поступки, противоречащие его взглядам (см.: принуждение в гипнозе*).

Такое понимание противоречит нашему определению* гипноза. Можно управлять реа­лизацией внушений (см. идесдинамизм*), но не их принятием. Пациент в гипнозе -волен отка­заться от того, что ему не подходит, более того, в новом гипнозе* оператор постоянно просит пациента сотрудничать и подвергать критике то, что он ему предлагает, чтобы все возникаю­щие феномены исходили только от пациента.

ACCEPTER. ПРИНИМАТЬ

En.: To accept

Чтобы помочь пациенту достичь гипнотического состояния и что-то изменить в себе, новый гипноз* рекомендует:

  • принимать то, что несет в себе пациент, то есть его идеи, его заботы, его речь... Это единственно конструктивная исходная позиция (Erickson, 1986);

* принимать пациента таким, каков он есть, с его «референтными рамками»*. Как только пациент осознает, что вы понимаете его симптомы, его состояние, что вы готовы зани­маться этим состоянием, таким, каково оно есть, он сможет обрести ориентацию на ре-

1 альность и дать ей нужное направление (Erickson, 1986).

С этого момента в новом гипнозе становится возможным сопровождение* пациента в его опыте* и в его работе* (Erickson & Rossi, 1981).

ACCOMPAGNEMENT. СОПРОВОЖДЕНИЕ

En.: Accompaniment

С психологической точки зрения сопровождать кого-либо означает начать действовать вместе с ним.

«Войти в гипноз» - значит приступить к психологическому действию, априори неосуще­ствимому в одиночку; поэтому сопровождение необходимо. Суть любого подхода в гипнозе и в психотерапии заключается в умении сопровождать пациента. Заглавие книги Сиднея Розена (1982) «Мой голос будет сопровождать тебя» повторяет излюбленную фразу Эриксона.

Сопровождение пациента предполагает принятие* в качестве исходной позиции того, что пациентом предлагается. В частности, использующая* и парадоксальная* индукции* утилизируют то, что пациент умеет делать, или то, что он уже делает. Только на этой еснове возможно что-то новое.

Качество сопровождения - предмет особой заботы* терапевта.

ACCOMPAGNEMENT DANS UN SOUVENIR. СОПРОВОЖДЕНИЕ В ВОСПОМИНАНИИ

En.: Accompany througt a memory

Сопровождение в воспоминании - это простой способ индукции* гипноза*. Он состоит в том, что пациента просят вспомнить эпизод из его жизни, когда он хорошо себя чувствовал, например, вспомнить свой отпуск. Благодаря оператору, соблюдающему определенные принцилы (см.: заботы*), пациент получает возможность пережить эти воспоминания намного ярче, чем он смог бы это сделать один, и постепенно достичь удовлетворительного уровня* гипноза. Это-прекрасный и мягкий метод индукции*. Что может быть проще, чем сказать пациенту, жалующемуся, что ему не по себе: «Вспомните мгновения, когда вы чувствовали себя хорошо и уверенно, чтобы мы могли использовать это воспоминание как ресурс» (см.: гипноз, слово*).

AGIR SUR QUELQU' UN. ВОЗДЕЙСТВОВАТЬ НА КОГО-ЛИБО

En.: To act on someone

Желание влиять* на других, к сожалению, является существенной частью человеческих отношений. Некоторые техники претендуют на использование гипноза в этом направлении1.

Гипноз - это психотерапевтический* подход, используемый профессионалами, имею­щими надлежащую квалификацию, поэтому вторжение* для нас является подводным камнем, который следует обходить.

Эриксон в игровой форме, используя примеры из своей практики, показал нам, чего не следует делать. Однажды его старший сын остался с ним дома. Сын вел беседу, общим зна­менателем которой была тема автомобиля и использования ключей. Эриксону вдруг захоте­лось протянуть ему ключи от машины и предложить покататься. В последний момент он удер­жался, подумав, не было ли со стороны сына манипуляции* (Erickson, 1986).

Этот случай является хорошим примером косвенного* внушения с некоторыми элемен­тами психического принуждения (см.: истории*).

AIGUILLAGE. ОРИЕНТИР

En.: Switching

Гипноз является разновидностью психического функционирования*, в условиях которого появляется возможность устанавливать для пациента подобие «ориентиров», способствующих определенному направлению мыслительного процесса.

Например, если во время гипнотического сеанса слышится шум, он может мешать. Но если пациент предупрежден оператором о том, что возможен шум и что этот шум не помеша­ет, он получит соответствующий психологический ориентир и не будет подскакивать при каж­дом постороннем звуке.

Это объясняет и оправдывает употребление нами шаблонных фраз*. Ориентиры присут­ствуют на всех этапах гипнотического сеанса.

ALLUSION. НАМЕК

En.: Allusion

Намек - это активизирующее* внушение. Его цель - активизировать определенные пси­хические ассоциации пациента.

10фициально признанные эриксоновсхие институты отвергают «дикое» обучение так называемым эриксоновским техникам в коммерческих целях!

Например, если мы говорим пациенту, пребывающему в гипнотическом состоянии, о свежем воздухе, то весьма вероятно, что мы увидим, как он сделает глубокий вдох.

Такое предложение* посредством намека не предполагает принуждения. Оно может быть принято или отвергнуто пациентом на бессознательном уровне, не помешав продолжению сеанса. В той мере, в какой «ответ» пациента непроизволен, его поведение можно с полным правом расценивать как гипнотическое.

Вот как действовал Эриксон, когда однажды он захотел увидеть автоматическое* письмо: «Как правило, если есть бумага и карандаш, то можно что-нибудь написать. Часто не знают, что будет написано. Наверняка карандаш, который я взял, уже писал раньше. Сейчас левша взял бы каран­даш левой рукой...» (Erickson & Rossi, 1981). При этом пациент как бы говорит себе: «Я правша и беру карандаш правой рукой...»

ALTERATIONS SENSORIELLES. ИСКАЖЕНИЯ ВОСПРИЯТИЯ

En.: Sensory alterations

Делез (Deleuze, 1813) одним из первых показал, что в гипнозе возможны изменения ощущений, как следствие внушений*. Идея ощущения делает возможным само ощущение, позволяя добиваться различных эффектов, подобно тому, как идея движения способствует его реализации (см.: идеомоторный феномен*). Эстрадные* гипнотизеры широко используют эту любопытную особенность на горе участников демонстраций, с наслаждением грызущим картошку, поданную как нежный фрукт.

Иногда сенсорные искажения возникают спонтанно после начала гипнотической индук­ции. В таких случаях достаточно просто успокоить пациента, поскольку эти феномены быстро поддаются контролю. В клиническом гипнозе сенсорные искажения используются только для контролирования боли*.

AMBIGUITE.

НЕОПРЕДЕЛЕННОСТЬ, ДВОЙСТВЕННОСТЬ

En.: Ambiguity

Гипноз - это область, для которой характерна двойственность. Часто пациент не может сказать, находится или находился ли он в гипнозе (даже если по опыту знает, как это обычно происходит); точно так же он не всегда может отличить, грезил* ли он во сне или это была простая задумчивость. Он не может ясно ответить на многие вопросы, в связи с чем очень уместен афоризм Руслана: «Это состояние не связано с категориями пространства и времени» (Roustang, 1990).

Граница между желаемым и возможным размыта:

  • некоторые пациенты не знают, симулировали* они или нет (Erickson & Rossi, 1981);

  • иные говорят примерно так: «Думаю, что я мог бы опустить руку (действовать, говорить и т. д.), но полагаю, что не хотел этого делать...»

Кажущаяся нам ясной и определенной граница между хотением и способностью не все­гда такова в психопатологии: Джон Хартланд, длительное время возглавлявший Британское общество медицинского и стоматологического гипноза, любил повторять по поводу некоторых пациентов-невротиков: «Они говорят, что не могут; окружающие утверждают, что они не хо­тят... на самом деле они не могут хотеть...» (Hartland, 1971).

AMBIVALENCE. АМБИВАЛЕНТНОСТЬ

En.: Ambivalence

Амбивалентность - это свойственная человеку установка, при которой мы хотим чего-либо и одновременно желаем противоположного. Например, мы хотим измениться и одно­временно отвергаем изменение*; мы хотим двигаться вперед и в то же время нам хочется сопротивляться*... Искусство терапевта вообще и гипнолога в частности состоит в умении приспособиться к этому факту и научиться давать выход (поочередно или одновременно) этим противоречивым стремлениям пациента. Проблема скорее практическая, нежели теоретичес­кая, поскольку в действительности мы имеем дело с сопротивлением* и способами его пре­одоления.

Например, терапевт в определенный им момент позволяет сопротивлению выразиться, одновременно удовлетворяя двум устремлениям: одна рука может левитировать, в то время как другая сопротивляется (см. лример Ноэми). Использование парадокса* также может быть решением проблемы (см. также Erickson & Rossi, 1981).

AMNESIE. АМНЕЗИЯ

En.: Amnesia

Амнезия, то есть забывание того, что происходило во время гипнотического сеанса, яв­ляется частью специфических* феноменов гипноза, с которыми иногда приходится встречать­ся. Она наступает либо после соответствующего внушения*, сделанного во время гипноза (см. традиционная* индукция), либо (у некоторых пациентов) спонтанно (при этом трудно быть уверенным, что не было безмолвного* внушения, отвечающего ожиданиям* пациента). Согласно Брэйду*, амнезия - это неотъемлемая часть того, что он называл гипнозом. Однако в настоящее время слово «гипноз» употребляют вне связи с массивной амнезией, которая, кстати, встречается все реже и реже.

Это забывание, коль скоро оно возникает, может быть тотальным и тревожить пациента, который не знает, что он мог совершить или что с ним могли сделать, какие внушения* могли быть внедрены в его психику без его ведома (постгипнотическое* внушение). Впрочем, еще Бернгейм заметил и Фрейд подтвердил это, что такое забывание, против ожидания, не является необратимым, и некоторые негипнотические, требующие терпения подходы помогают восста­новить забытое.

Определенный свет на эти феномены пролили опыты Эрнеста Хилгарда (см. скрытый наблюдатель*).

Амнезия как таковая не является обязательной составляющей нового гипноза. Тем не менее, если оператор в ходе сеанса посчитал полезным восстановить в памяти пациента не­которые забытые им события, в конце сеанса он может найти удобным (и оправданным) по­просить пациента забыть их снова. В еврей практике мы просим пациента помнить то, что может быть ему полезно, и забыть остальное (см. шаблонные* фразы).

Гипнотическую амнезию не следует смешивать с широко используемой процедурой струк­турированной* амнезии.

AMNESIE STRUCTUREE. СТРУКТУРИРОВАННАЯ АМНЕЗИЯ

En.: Structured amnesia

Структурированная амнезия - это техника, суть которой состоит в том, что нациент теря­ет нить воспоминаний после выхода из транса*.

Эта процедура, изобретенная Эриксоном, заключается в произнесении одной или не­скольких фраз в начале сеанса (якорь*) и в их точном повторении в тот момент, когда пациент ресриентируется*. Пациент, переживая два сходных момента, склонен идентифицировать их, в его представлении они сливаются, и он забывает то, что происходило между ними (см. пример Солен). Затем терапевт отвлекает* внимание пациента, чтобы он окончательно поте­рял связующую нить. Известно, что так же забываются ночные сновидения, если в момент пробуждения человек чем-то отвлекается.

Этот способ хорош во всех случаях, когда терапевт не хочет, чтобы пациент сознательно вмешивался в бессознательные* процессы, приведенные в действие во время сеанса, напри­мер, чтобы пациент не пытался анализировать использованные в ходе сеанса метафоры*.

В противоположность классической гипнотической амнезии* пациент при «пробужде­нии» помнит, что все прошло хорошо. Если в дальнейшем он забывает детали происходивше­го, то у него не остается никаких поводов для тревоги. (См. также Erickson & Rossi, 1981,1989 и Erickson, 1986.)

AMPLIFIER. УСИЛИВАТЬ

En.: To amplify

В новом гипнозе оператор* тщательно наблюдает* за пациентом. Все, что идет в желае­мом направлении (см. признаки*), подкрепляется, усиливается: «Да, хорошо» или просто «Да». Эта возвращаемая информация (обратная связь*) позволяет пациенту усиливать появляю­щийся феномен, не осознавая, каким образом это достигается. Таков же принцип приборов биологической обратной связи*.

В своей психотерапевтической практике Эриксон усиливал положительные элементы, просто констатируя их наличие, довольствуясь на первых порах совсем небольшими сдвига­ми. Возникал эффект снежного кома. (См. Вацлавик и др., 1974/1975, предисловие Милтона Эриксона.)

Терапевт должен учиться следовать знакам*, подаваемым пациентом (Erickson & Rossi, 1981).

ANALGESEE. ОБЕЗБОЛИВАНИЕ

En.: Analgesia

Обезболивание заключается в исчезновении болезненных ощущений при сохранности всех прочих, например тактильных.

В гипнозе можно иногда добиться анестезии*, но анальгезию, которой вполне доста­точно для клинических целей, получить намного проще, хотя бы заместив боль другим ощу­щением: жара, холода, ползания мурашек... Для этой же цели можно использовать обра­зы*: «Я уколю вас, но вы почувствуете только давление, как будто я уколол вас сквозь кожа­ную перчатку...»

На практике понятия анестезии и анальгезии часто смешивают.

ANALOGIE. АНАЛОГИЯ

En.: Analogy

Аналогия - это сравнение, призванное облегчить психологическую работу*. В отличие от метафоры* пациент видит здесь логическую связь.

Аналогии гипнотической* ситуации часто используются перед сеансом, чтобы демисти­фицировать этот феномен: «Это можно сравнить с ситуацией в зале ожидания, когда вы пере­стаете обращать внимание на окружающее...»

Во время гипноза терапевт часто прибегает к аналогиям, например, при левитации руки он спрашивает: «Какой другой части вашего тела ваше бессознательное могло бы придать стремление двигаться?» (Robinot, 1988).

В терапевтическом плане аналогии используются часто, например, аналогию между суще­ствующей тревожащей ситуацией и другими ситуациями, заведомо безопасными или уже став­шими таковыми.

Как отмечали Эриксон и Росси, «аналогия - психотерапевтическое средство, эффективное постольку, поскольку оно обращено одновременно к сознанию и к бессознательному» (Erickson & Rossi, 1976).

ANAMNESE. АНАМНЕЗ An.: Anamnesis

Анамнез, или предварительная беседа, в обычном медицинском понимании касается прошлых страданий и болезней. Для Милтона Эриксона это означало нечто совсем другое.

К вопросу: «Когда вы почувствовали себя плохо?» - он не забывал добавлять: «А когда вы хорошо себя чувствуете?» или «Опишите мне, что требуется для того, чтобы стало лучше...» и т. д. Он был убежден, что упоминание о позитивном* опыте должно вызывать благоприятные ассоциации* и на этом следует акцентировать внимание.

Эриксон также считал, что разрешение симптома* может не иметь никакой связи с при­чиной его возникновения. «Следовательно, прошлое не интересовало его с точки зрения по­иска в нем причин страданий или симптомов, как ключа к выздоровлению. Как изменить про­шлое, исходя из существующей реальности - вот в чем существо вопроса; прошлое - это непосредственно то, что должно быть пересоздано с помощью расширения и усиления скры­тых возможностей, проявляющихся при общении с терапевтом. Другими словами, прошлое нужно не расшифровывать, а переплавлять под нажимом будущего» (Roustang, 1990).

«Вероятные ресурсы* и описание мироощущения пациента - вот что его в конечном счете интересовало» (Van Dick, 1980). Во время сбора анамнеза «терапевт знакомится с объе­мом жизненного опыта пациента, с его навыками, которые могут быть использованы в даль­нейшем. Пациенты являются пленниками систем, не позволяющих им использовать* соб­ственные возможности в своих интересах. Этот навык у людей пока еще не на высоте» (Erickson & Rossi, 1979).

Отметим также, что сбор анамнеза для любого гипнотералевта - это момент, который стараются использовать для того, чтобы установить контакт с пациентом.

И наконец, в гипнозе минимум анамнеза позволит уберечься от необдуманных действий (см. предосторожности* в гипнозе).

ANCRAGE. ЯКОРЬ

En.: Anchoring

Я употребляю этот термин в более узком смысле, чем другие. «Установить якорь» означает для оператора что-то сказать или что-то сделать в определенный момент и сказать, или сделать в точности то же самое спустя некоторое время - например, в начале и в конце гипнотического сеанса (см.: структурированная* амнезия), как это показано на примере Солен.

Когда эта процедура используется в середине сеанса, то два идентичных якоря охватыва­ют предложение*, которое следует забыть.

ANESTHESIE. АНЕСТЕЗИЯ

En.: Anesthesia

Изменение чувствительности - один из специфических* феноменов гипноза. Помимо все­го прочего, гипноз позволяет добиваться полной или частичной потери чувствительности (см. обезболивание*).

Эти феномены в определенной степени могут быть получены путем прямого* внушения: «Я уколю вас, и вы ничего не почувствуете».

Милтон Эриксон на 3-м Л/!еждународном кс«тмсхя в Париже в 1965 году представил ряд гипно­тических процедур, позволяющих обучать пациента контролю над своей болью* (Erickson, 1967).

По сообщению английского хирурга Эсдайля* (1846), при вызываемых им посредством магнетических пассов гипнотических состояниях, длившихся около двух часов, ему удавалось добиваться у туземцев-бенгальцев спонтанной анестезии всей поверхности тела с одновре­менной каталепсией*. (Трудно проверить, не было ли там немого* внушения. Нам не удава­лось воспроизвести этот феномен.)

ANTICIPATION. ПРЕДВОСХИЩЕНИЕ

En.: Anticipation

Во время гипноза часто приходится описывать пациенту то, что действительно проис­ходит, чтобы он чувствовал, что его сопровождают* («Я вижу, что ваши глаза моргают и начинают закрываться...»), а также для того, чтобы усилить* непроизвольно возникающие феномены.

Иногда бывает, что оператор предвосхищает появление феноменов, которые только-только намечаются. Например, если наблюдается подрагивание только одного пальца, можно вну­шить, что произойдет настоящее движение.

Иногда Эриксону удавалось внушить закрывание глаз, просто сказав «совсем закрыты...» в тот момент, когда он замечал такое стремление (Lastig, 1974). Этот способ косвенного* внушения аналогичен использованию свершившегося действия*.

Предвосхищение - это нечто среднее между простым прямым* внушением и ратифика­цией* феномена, при которой инициатива передается пациенту. Оно эффективно именно сво­ей двойственностью.

APOLLON DE BELLAC. АПОЛЛОН ДЕ БЕЛЛАК

Статуя Аполлона де Беллака, образца исключительной красоты, никогда не существова­ла. Зато упоминания о его существовании позволяют пациентам становиться красивее и луч­ше (Giraudoux, 1947).

1. В Институте психических исследований Пало Альто* не без юмора называли «при­емом Беллака» психотерапевтический прием, позволявший добиваться терапевтических из­менений* при заметной экономии средств. Вот пример, приведенный Вацлавиком и его коллегами (1974/1975): невротик, страдавший фобией, боялся заходить в крупные магази­ны, опасаясь обморока. Терапевту удалось уговорить его «в виде опыта» зайти в магазин и самому растянуться на полу, как только он почувствует, что обморок приближается. Пациент повиновался... но ни разу не имел случая произвести такой опыт, поскольку тщетно ожидал повторения знакомых ощущений! В другом примере молодая служащая жаловалась на труд­ный характер своего начальника, но терапевты предположили, что она сама неосознанно провоцировала конфликты. Они убедили ее дождаться ближайшей ссоры и обратиться к патрону со словами: «Я хотела бы сказать вам... хотя это и нелегко... что когда вы так со мной разговариваете, мне неприятно!» - и покинуть комнату раньше, чем он успеет отве­тить (Watzlawick & coll., 1974/1975). Легко догадаться, что ей так и не представился случай последовать этому совету, поскольку ее патрон «изменился» и стал вежливым и приятным в обращении.

Прием Беллака психологически очень поучителен, он помогает объяснить такое поня­тие, как «установка»*, от которой зависит психологическая перестройка или, по меньшей мере, перестройка типов психологических трансакций, что очень близко.

Мы считаем, что благотворным воздействием гипноза мы часто бываем обязаны именно изменению установки* и что каждый раз, когда это возможно, работа с внутренней позицией пациента является наиболее верным подходом.

2. Может быть, Аполлон де Беллак - всего лишь интересная метафора гипнотического феномена, о сущности которого мы не перестаем себя спрашивать?

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 Все