Кернберг Отто "Отношения любви: Норма и патология"

Скачать в архиве

Книга доктора медицины Отто Кернберга, одного из наиболее авторитетных современных психоаналитиков, посвящена отношениям любви в норме и патологии. Иллюстрируя теоретические положения случаями из практики, автор исследует то, как бессознательные переживания и фантазии, связанные с прошлым, оказывают сильнейшее влияние на сегодняшние отношения пары. Каким сложным образом любовь и агрессия взаимодействуют в жизни пары. Как сохранить страстную любовь в длительных отношениях. Как влияет социальное окружение на отношения любви… Это глубокое клиническое и теоретическое исследование вызовет несомненный интерес у специалистов – психологов, психотерапевтов, врачей, педагогов.

ВСЕ ЭТО – О ТАЙНАХ ЛЮБВИ

О, если бы я только мог

Хотя отчасти,

Я написал бы восемь строк

О свойствах страсти.

Б. Пастернак

Мы находимся очень далеко от Отто Кернберга – одной из самых заметных фигур в современном психоанализе. Он стал классиком при жизни, разработал новый подход внутри психоанализа и новый взгляд на лечение пациентов с нарциссическими и пограничными личностными расстройствами, его работы вошли во все учебники. Он действующий президент IPA – самой влиятельной и уважаемой в мире психоаналитической организации, членство в которой является голубой мечтой всех российских психотерапевтов, имеющих отношение к психоанализу. Мы настолько далеко от Кернберга, что, наверное, можем позволить себе некоторые вольности в предисловии. Тем более что достаточно полный обзор вклада Отто Кернберга в психоанализ дан А. Усковым во вводных замечаниях к ранее изданной фирмой “Класс” монографии Кернберга “Агрессия при расстройствах личности и перверсиях”.

Можно пофантазировать, что после работы об агрессии Кернбергу так часто повторяли: “А о любви слабо?”, что ему захотелось показать: нет, не слабо, и настолько, что теперь вы ни слова не сможете написать о любви, не сославшись на меня.

Известно, что любовь сложнее выражать, чем агрессию. По Кернбергу, требуется много лет, чтобы человек достиг фазы зрелой сексуальной любви – может быть, отчасти поэтому он написал свою книгу почти в семьдесят лет. И как! Двести с лишним страниц о свойствах страсти… Оговорившись вначале, что поэты и философы, конечно же, лучше описали человеческую любовь, чем это можно сделать с помощью каких либо психоаналитических изысканий, Кернберг затем как бы бросает вызов – и описывает все тайные нюансы любовных отношений. Так что в его тексте, как в хороших стихах, мы узнаем свой собственный самый интимный опыт. Становится просто не по себе и даже как то обидно – то, что казалось драгоценным уникальным переживанием, незаслуженно дарованным тебе судьбой, когда захватывает дух и думаешь: неужели так бывает, неужели другие люди тоже когда нибудь переживали что то подобное? – описывается в научной книге лучше, чем ты сам смог бы это сделать, причем еще отдельно объясняется, почему оно является типическим.

И остаешься в недоумении: что же теперь делать со всем этим знанием? Да, легче понимать то, что происходит с пациентами. Но как теперь любить, а уж тем более заниматься любовью, если каждое твое душевное движение отпрепарировано, классифицировано, пронумеровано, а также имеет несколько объяснений того, откуда оно взялось?

Как будто предугадывая такую реакцию читателей, Кернберг пишет: “Активация мощного и сложного контрпереноса, удерживаемого и применяемого в работе, – уникальная особенность психоаналитической ситуации, возможная лишь благодаря защите, обеспечиваемой рамками психоаналитических отношений. Своего рода ироническим подтверждением уникальности переживания подобного опыта в контрпереносе является то, что, хотя у психоаналитиков есть необычайная возможность исследовать любовную жизнь противоположного пола, эти знания и опыт имеют тенденцию улетучиваться, едва дело доходит до понимания собственных переживаний отношений с другим полом вне психоаналитической ситуации. То есть вне аналитической ситуации любовная жизнь аналитика такая же, как у прочих смертных”.

А теперь несколько прозаических слов о фактических достоинствах книги. Кернберг подробно освещает существующую по данному вопросу литературу, причем самых разных авторов, не только близких ему по духу. Он смело и подчас оригинальнейшим образом связывает идеи, на первый взгляд, выражающие абсолютно разные подходы к описываемым феноменам.

Рассматривая отношения любви в норме и патологии, он показывает как “интерферируют” индивидуальные патологии партнеров, в ряде случаев создавая патологию пары, которая не является их простым наложением. В любовных отношениях исходная психопатология может закрепиться или разрешиться. Кроме того, существующая психопатология часто маскируется под что то другое усилиями обоих партнеров. Кернберг уверенно и бесстрашно пишет о секрете сохранения страстной любви в длительных отношениях: в зрелой сексуальной любви человек находит форму для осуществления всех своих инфантильных сексуальных фантазий.

Очень интересен социальный аспект вопроса, рассматриваемый Кернбергом. Темы пара и группа, пара и социум, сексуальное как изначально противопоставленное конвенциональному и социальному – чаще звучат в романах, чем в психологической и психоаналитической литературе. А глава, посвященная изображению любовных отношений в современном кинематографе, безусловно, будет интересна любому читателю.

Эту книгу, без сомнения, читать непросто. Но не потому, что она сложно написана, а из за чрезвычайной насыщенности изложения – очень много мыслей на единицу текста. Была такая старая шутка: “Знаете, Фолкнера так тяжело читать!” – “Да, но зато когда прочтешь, такое облегчение!” Так вот, облегчения отнюдь не обещаю, а что не пожалеете – это точно.

Мария Тимофеева

ПРЕДИСЛОВИЕ

Много лет назад, когда основной темой моих исследований была агрессия в психодинамике пациентов с пограничной личностной организацией, один мой коллега, с которым мы были очень дружны, спросил полушутя: “Почему бы тебе не написать книгу о любви? А то складывается впечатление, что тебя интересует только агрессия!” Я обещал написать, как только проясню для себя кое какие вопросы в данной области. В результате появилась эта книга, хотя, надо признать, я нашел далеко не все ответы. И все же, мне кажется, я узнал достаточно, чтобы поделиться хоть некоторыми разгадками с читателями. Надеюсь, другие смогут разобраться в тех вопросах, которые я так и не сумел прояснить.

Веками любовь была объектом пристального внимания поэтов и философов. В последнее время к ним присоединились социологи и психологи. А вот психоаналитическая литература по прежнему уделяет любви на удивление мало внимания.

Снова и снова пытаясь изучать природу любви, я понял, что избежать связи с эротикой и сексуальностью невозможно. Выяснилось, что в большинстве работ сексуальная реакция рассматривается с точки зрения биологии и лишь в некоторых о ней говорится как о субъективном переживании. Исследуя в работе с пациентами этот субъективный аспект, я обнаружил, что имею дело с бессознательными фантазиями, истоки которых лежат в инфантильной сексуальности, – в полном соответствии с точкой зрения Фрейда. Из клинического опыта выяснилось, что путем взаимной проективной идентификации пара “отыгрывает” свои прошлые “сценарии” (бессознательные переживания и фантазии) в своих отношениях и что фантазийные и реальные взаимные “приставания”, происходящие из инфантильного Супер Эго и связанного с ним Я идеала, оказывают мощнейшее влияние на жизнь пары.

Я заметил, что почти невозможно предсказать судьбу любовных отношений и брака на основе особенностей психопатологии пациента. Порой разные формы и степени психопатологии у партнеров способствуют их совместимости; в другом случае различия могут стать причиной несовместимости. Такие вопросы, как “Что держит пару вместе?” или “Что разрушает взаимоотношения?”, преследовали меня и послужили толчком к изучению динамики, стоящей за наблюдаемым развитием отношений пары.

Исходными данными мне послужили лечение пациентов с помощью психоанализа и психоаналитической терапии, наблюдение и лечение пар, страдающих от супружеских конфликтов, и особенно лонгитюдное изучение пар сквозь призму психоанализа и индивидуальной психоаналитической психотерапии.

Довольно скоро мне стало понятно, что невозможно изучать изменения в любовных отношениях без изучения смены агрессивных состояний как у пар, так и у отдельных индивидуумов. Агрессивные аспекты эротических отношений пары оказываются важными во всех интимных сексуальных отношениях, что было впервые прояснено работами Роберта Дж. Столлера в этой области. Но я обнаружил, что агрессивные компоненты универсальной амбивалентности близких объектных отношений не менее важны, так же как агрессивные аспекты давления Супер Эго, высвобождающиеся в интимной жизни пары. Психоаналитическая теория объектных отношений облегчает изучение динамики сопряженности внутрипсихических конфликтов и межличностных отношений, взаимного влияния пары и окружающей пару социальной группы и проявлений любви и агрессии во всех этих сферах.

Таким образом, несмотря на самые лучшие побуждения, неопровержимые доводы заставили меня снова сфокусировать внимание на агрессии в этом труде о любви. Знание того, каким сложным образом любовь и агрессия сливаются и вступают во взаимодействие в жизни пары, также проливает свет на механизмы, с помощью которых любовь может интегрировать и нейтрализовывать агрессию и при определенных обстоятельствах одерживать над ней верх.

БЛАГОДАРНОСТЬ

Первым, кто обратил мое внимание на работы Генри Дикса, был Джон Д. Сазерленд, многие годы занимающий должность главного консультанта Фонда Меннингера, в прошлом – главный врач Тэвистокской клиники в Лондоне. То, как Дикс применил теорию объектных отношений Фэйрберна при изучении супружеских конфликтов, помогло мне сформировать собственную систему взглядов, на которую я впоследствии смог опереться, впервые попытавшись разобраться в сложных взаимоотношениях пограничных пациентов с любовниками и супругами. Работа докторов Денизы Брауншвейг и Майкла Фэйна, посвященная групповой динамике, в которой эротическое напряжение отыгрывается на ранних стадиях жизни и во взрослом возрасте, подтолкнула меня к контактам с французской психоаналитической школой и изучению нормальных и патологических любовных отношений. Во время моего пребывания в Париже, где у меня и зародились мысли, впоследствии вошедшие в эту книгу, в свободные от лекций часы я имел счастье консультироваться со многими психоаналитиками, исследовавшими нормальные и патологические любовные отношения, особенно с докторами Дидье Анзье, Дениз Брауншвейг, Жанин Шассге Смиржель, Кристианом Давидом, Майклом Фэйном, Пьером Федида, Андре Грином, Белой Грюнбергер, Джойс МакДугалл, Франсуа Рустаном. Мне хотелось бы выразить свою признательность докторам Сержу Лейбовици и Даниэлю Видлокеру, которые чрезвычайно помогли прояснить мое понимание теории аффектов. Позже доктора Райнер Краузе (Саарбрюкен) и Ульрих Мозер (Цюрих) помогли мне в дальнейшей разработке проблемы патологии аффективного общения в близких отношениях.

Я имею счастье назвать среди своих близких друзей людей, внесших наибольший вклад в психоаналитическое изучение любовных отношений, докторов Мартина Бергмана, Этель Персон и Роберта Столлера (США). Этель Персон открыла для меня очень важную работу по ядерной половой идентичности и сексуальной патологии, написанную совместно с доктором Лайонелом Овэзи. Благодаря Мартину Бергману я ознакомился с историческим взглядом на природу любовных отношений и отражением их в искусстве. Роберт Столлер подвиг меня на изучение тесной взаимосвязи, существующей между эротизмом и агрессией, которое он так блестяще начал. А работы в этой области докторов Леона Альтмана, Якоба Арлоу, Марты Киркпатрик, Джона Мюндер Росса стимулировали мои размышления.

Как и прежде, неоценимую помощь оказали мне близкие друзья и коллеги психоаналитики. Их критика всегда была позитивной, их замечания подталкивали к дальнейшей работе. Это доктора Харольд Блюм, Арнольд Купер, Вильям Фрош, Вильям Гроссман, Дональд Каплан, Полина Кернберг, Роберт Мичелс, Гилберт Роуз, Джозеф и Анне Мари Сандлер, Эрнст и Гертруда Тихо.

Как и прежде, я глубоко признателен Луизе Тайт и Бекки Уиппл за их бесконечное терпение и поддержку, которую они оказывали мне с самого начала работы над рукописью до выхода книги. Внимание мисс Уиппл к тончайшим нюансам текста было очень полезным и важным. Мой административный помощник Розалинд Кеннеди также неустанно поддерживала меня, руководя и направляя работу в моем офисе, что позволило рукописи появиться на свет, невзирая на множество неотложных дел и забот.

Эта книга – третья по счету, написанная в тесном сотрудничестве с Натали Альтман, являющейся моим редактором на протяжении многих лет, и Глэдис Топкие, главным редактором издательства Йельского университета. Их критические замечания, всегда по существу дела, всегда тактичные, очень помогали мне в работе.

Хочу еще раз выразить признательность всем друзьям и коллегам, которых я уже упоминал, а также пациентам и студентам, делившимся со мной своими открытиями в данной области, что позволило мне за несколько лет овладеть информацией, для получения которой без их помощи мне не хватило бы всей жизни. Благодаря им я осознал, сколь ограниченно мое знание и понимание этой необъятной и сложной области человеческих чувств.

Я также благодарен издателям моих ранних произведений за любезное разрешение переиздать материал в нижеприводимых главах. Все эти материалы были существенно переработаны и модифицированы.

Глава 2: Из “New Perspectives in Psychoanalytic Affect Theory” in Emotion: Theory, Research, and Experience редакторы: R. Plutchic, H. Kellerman (New York: Academic Press, 1989), 115–130, и из “Sadomasochism, Sexual Excitement, and Perversion”, Journal of the American Psychoanalytic Association 39 (1991): 333–362. Опубликовано с разрешения Academic Press и Journal of the American Psychoanalytic Association.

Глава 3: Из “Mature Love: Prerequisites and Characteristics”, Journal of the American Psychoanalytic Association 22 (1974): 743–768, a также из “Boundaries and Structure in Love Relations”, Journal of the American Psychoanalytic Association 25 (1977): 81–144. Опубликовано с разрешения Journal of the American Psychoanalytic Association.

Глава 4: Из “Sadomasochism, Sexual Exitement, and Perversion”, Journal of the American Psychoanalytic Association 39 (1991): 333–362, а также из “Boundaries and Structure in Love Relations”, Journal of the American Psychoanalytic Association 25 (1977): 81–144. Опубликовано с разрешения Journal of the American Psychoanalytic Association.

Глава 5: Из “Barriers to the Falling and Remaining in Love”, Journal of the American Psycoanalytic Assotiation 22 (1974): 486–511. Опубликовано с разрешения Journal of the American Psychoanalytic Association.

Глава 6: Из “Agression and Love in the Relationship of the Couple”, Journal of the American Psycoanalytic Assotiation 39 (1991): 45–70. Опубликовано с разрешения Journal of the American Psychoanalytic Association.

Глава 7: Из “The Couple’s Constructive and Destructive Superego Functions”, Journal of the American Psychoanalytic Association 41 (1993): 653–677. Опубликовано с разрешения Journal of the American Psychoanalytic Association.

Глава 8: Из “Love in the Analytic Setting”, принят к публикации Journal of the American Psychoanalytic Association. Опубликовано с разрешения Journal of the American Psychoanalytic Association.

Глава 11: Из “The Temptations of Conventionality”, International Review of Psychoanalysis 16 (1989): 191–205, а также из “Erotic Element in Mass Psychology and in the Art”, Bulletin of the Menninger Clinic 58, no. l (Winter, 1980), опубликовано с разрешения International Review of Psychoanalysis и Bulletin of the Menninger Clinic.

Глава 12: Из “Adolescent Sexuality in the Light of Group Processes”, Psychoanalytic Quaterly 49, no. l (1980): 27–47, а также из “Love, the Couple, and the Group: A Psychoanalytic Frame” Psychoanalytic Quarterly 49, no. l (1980): 78–108. Опубликовано с разрешения Psychoanalytic Quarterly.

1. СЕКСУАЛЬНЫЕ ВЗАИМООТНОШЕНИЯ

Трудно спорить с тем, что секс и любовь тесно связаны. Поэтому не вызовет удивления и тот факт, что книга о любви начинается с размышлений о биологических и психологических корнях сексуального опыта, также тесно “переплетенных” между собой. Поскольку биологические корни представляют собой матрицу, внутри которой могут развиваться психологические аспекты, мы начнем наши рассуждения с изучения биологических факторов.

БИОЛОГИЧЕСКИЕ КОРНИ СЕКСУАЛЬНОГО ОПЫТА И ПОВЕДЕНИЯ

Прослеживая развитие сексуального поведения человека и двигаясь вверх по биологической лестнице животного мира (особенно сравнивая низших млекопитающих с отрядом приматов и человеком), мы видим, что роль социально психологических отношений между младенцем и его воспитателем в формировании сексуального поведения все возрастает, а влияние генетических и гормональных факторов, напротив, уменьшается. Основными источниками для моего обзора послужили новаторские работы в этой области Мани и Эрхардта (1972 г.), последующие исследования Колодны (1979 г.) и др., Банкрофта (1989 г.), и МакКонаги (1993 г.).

На ранних этапах своего развития эмбрион млекопитающего имеет черты как мужского, так и женского начала. Недифференцированные гонады видоизменяются либо в семенники, либо в яичники в зависимости от генетического кода, представленного набором 46 хромосом типа XY для мужских особей или набором 46 хромосом типа XX – для женских. Примитивные гонады в человеческом зародыше могут быть выявлены начиная с 6 й недели развития, когда под влиянием генетического кода у мужских особей вырабатываются тестикулярные гормоны: ингибирующий гормон Мюллерова протока (MIH), оказывающий дефеминизирующий эффект на структуру гонад, и тестостерон, способствующий развитию внутренних и внешних мужских половых органов, особенно двустороннего Вольфова протока. При наличии женского генетического кода на 12 й неделе созревания плода начинается развитие яичников.

Дифференциация всегда происходит в женском направлении, вне зависимости от генетической программы, но только в том случае, когда отсутствует адекватный уровень тестостерона. Другими словами, даже если генетическому коду присуща мужская структура, недостаточное количество тестостерона приведет к развитию женских половых характеристик. Сработает принцип преобладания феминизации над маскулинизацией. В процессе нормального развития женской особи примитивная проводящая система Мюллера преобразуется в матку, фаллопиевы трубы и влагалище. При развитии по мужскому типу проводящая система Мюллера регрессирует, а система Вольфова протока получает развитие, эволюционируя в vasa deferentia (семявыносящий сосуд), семенные пузырьки и семявыбрасывающие протоки.

При том, что существуют предтечи и для мужских, и для женских внутренних половых органов, предшественники внешних гениталий универсальны, то есть одни и те же “пред органы” могут развиться либо в мужские, либо в женские внешние половые органы. Если во время критического периода дифференциации отсутствует адекватный уровень андрогенов (тестостерон и дегидротестостерон), то, начиная с 8 й недели развития плода, будут развиваться клитор, вульва и влагалище. При необходимом же количестве андрогенной стимуляции будет формироваться пенис с яичками и мошонкой, включая семенные канальца в брюшной полости. При нормальном развитии плода яички перемещаются в мошонку во время 8 го или 9 го месяца беременности.

Под влиянием циркуляции эмбриональных гормонов, вслед за дифференциацией внутренних и внешних половых органов, происходит диморфное развитие определенных отделов мозга. Мозг имеет амбитипичное строение, а в его развитии женские характеристики также превалируют, если не достигается адекватный уровень циркулирующих андрогенов. Специфические функции гипоталамуса и гипофиза в дальнейшем будут дифференцированы в циклические процессы у женщин и нециклические у мужчин. Формирование мозга по мужскому/женскому типу происходит только в третьем триместре после завершения формирования внешних половых органов и, вероятно, продолжается во время первого постнатального триместра. В случае млекопитающих неприматов, пренатальная гормональная дифференциация мозга определяет последующее брачное поведение. Однако если мы говорим о приматах, то здесь важнейшую роль в определении сексуального поведения играют опыт ранней социализации и обучение. Контроль брачного поведения в основном определяется ранними социальными интеракциями.

Развитие вторичных половых признаков, появляющихся в пубертатный период, – распределение жировых отложений, развитие волосяного покрова по женскому/мужскому типу, изменение голоса, развитие грудных желез и быстрый рост гениталий – запускается центральной нервной системой и контролируется значительно увеличенным количеством циркулирующих андрогенов или эстрогенов; наличие адекватного количества эстрогенов определяет такие специфические женские функции, как менструальный цикл, беременность и выделение молока.

Гормональный дисбаланс способен повлечь за собой изменение вторичных половых признаков, что, в свою очередь, может привести к гинекомастии (увеличению молочных желез у мужчин) при недостаточном количестве андрогенов; гирсутизму (избыточному оволосению у женщин), клиторальной гипертрофии, понижению голоса – при избытке андрогенов. Но влияние уровня гормонов противоположного пола на сексуальное влечение и поведение индивида гораздо менее очевидно.

До сих пор не совсем ясно, как центральная нервная система влияет на начало пубертата. Считается, что одним из механизмов является снижение чувствительности гипоталамуса к негативной обратной связи (Банкрофт, 1989 г.). У мужчин недостаточное количество циркулирующих андрогенов значительно снижает интенсивность сексуального желания, но при нормальном или слегка превышающем нормальный уровне андрогенных гормонов сексуальное желание и поведение совершенно независимы от таких колебаний. Препубертатная кастрация у мужчин, не получивших восполнения тестостерона, ведет к сексуальной апатии. У юношей с признаками первичной андрогенной недостаточности введение тестостерона в юношеском возрасте восстанавливает нормальное сексуальное желание и поведение. Однако в более позднем возрасте, когда половая апатия приобретает устойчивый характер, восстанавливающая терапия тестостероном менее успешна: похоже, в этом процессе существует временной рубеж, после которого отклонения уже не ликвидируются. Аналогично этому, несмотря на то, что исследования показывают возрастание сексуального желания у женщин непосредственно перед и после менструального цикла, выявленная зависимость сексуальных влечений от колебаний количества гормонов все же незначительна в сравнении с влиянием социально психологических факторов. МакКонаги (1993), в частности, отмечает, что на женщин социально психологические факторы оказывают большее влияние, нежели на мужчин.

Однако у приматов и низших млекопитающих сексуальная заинтересованность и поведение строго определяются гормональным уровнем. Так, брачное поведение при спаривании у грызунов целиком определяется гормональным статусом; и ранние постнатальные гормональные инъекции могут иметь значительные последствия. Постпубертатная кастрация ведет к снижению эрекции и сексуального влечения, которое может прогрессировать в течение недель и даже лет; инъекции же тестостерона способны практически незамедлительно восстановить половые функции. Андрогенные инъекции женщинам в постклимактерическом периоде усиливают сексуальное желание, не оказывая при этом влияния на их сексуальную ориентацию.

Подводя итоги, можно сказать, что андрогенные гормоны влияют на интенсивность полового желания у мужчин и женщин; однако преобладающая роль принадлежит все же психосоциальным факторам. Хотя у низших млекопитающих, таких как грызуны, сексуальное поведение по большей части регулируется гормональным уровнем; уже у приматов прослеживается рост влияния психосоциальной среды на половое поведение. Например, самцы макаки резус остро реагируют на запах влагалищного гормона, секретируемого во время овуляции. Самки макаки резус, проявляя наибольшую половую активность во время овуляции, также не теряют сексуального интереса и в другие периоды, проявляя при этом заметные сексуальные предпочтения. Здесь мы снова наблюдаем влияние уровня андрогенов на интенсивность возникновения сексуального репрезентативного поведения у самок. Введение тестостерона самцам крыс в преоптическую зону вызывает у них материнский инстинкт, но при этом продолжаются их копуляции с самками. Повышение уровня тестостерона, видимо, приводит в действие материнские инстинкты, которые в латентном состоянии присутствуют в головном мозге мужских особей, и доводит соответствующую информацию до центральной нервной системы, отвечающей за сексуальное поведение. Это открытие дает возможность предположить, что сексуальное поведение, характерное для одного пола, может в скрытом состоянии присутствовать у другого.

Сила сексуального возбуждения, сосредоточение на сексуальных стимулах, физиологические реакции на сексуальное возбуждение: увеличение притока крови, набухание и выделение смазки в половых органах – на все эти процессы оказывает влияние уровень гормонов.

ПСИХОСОЦИАЛЬНЫЕ ФАКТОРЫ

Выше мы рассмотрели аспекты, которые в той или иной степени принято относить к биологическим. Теперь перейдем к менее изученным и более противоречивым областям, в которых биологические аспекты тесно переплетаются и взаимодействуют с психологическими факторами. Одной из таких областей является ядерная половая (гендерная) идентичность и полоролевая идентичность. У людей ядерная половая идентичность (Столлер 1975b), то есть ощущение принадлежности к женскому или мужскому полу, определяется не биологической природой, а тем, как воспитывается ребенок до двух четырех лет – как девочка или как мальчик. Мани (1980, 1986, 1988; Мани и Эрхардт, 1972) и Столлер (1985) в своих работах приводят в пользу этого убедительные данные. Точно так же полоролевая идентичность, то есть принятая в том или ином обществе норма поведения, типичная для женщин и мужчин, тесно связана с психосоциальными факторами. Более того, психоаналитические исследования доказывают, что выбор сексуального объекта – мишени сексуального желания – также в наибольшей степени зависит от социально психологического опыта, приобретенного в раннем детстве. Ниже приводится мой обзор данных относительно наиболее явных корней этих составляющих сексуального опыта человека.

Ядерная половая идентичность : к какому полу он или она причисляют себя.

Полоролевая идентичность : специфические психологические установки и способы межличностного поведения – основные модели социальных интеракций и специфические сексуальные проявления – характеристики, присущие мужчинам или женщинам и таким образом разделяющие их.

Доминирующий выбор объекта : выбор сексуального объекта – гетеросексуального или гомосексуального – может характеризоваться широким спектром сексуальных взаимодействий с данным объектом влечения или ограничиваться определенной частью человеческого тела, а не человеческим существом и неодушевленным предметом.

Степень сексуального желания : находит выражение в сексуальных фантазиях, откликаемости на внешние сексуальные стимулы, желании сексуального поведения и физиологического возбуждения половых органов.

ЯДЕРНАЯ ПОЛОВАЯ ИДЕНТИЧНОСТЬ

Мани и Эрхардт (1972) в своих исследованиях приводят доказательства того, что, воспитывая мальчика или девочку, родители по разному обращаются с детьми в зависимости от их пола, даже если считают, что ведут себя с ними одинаково. Хотя существует различие между младенцами мужского и женского пола, базирующееся на гормональной истории, это различие не приводит автоматически к различию в постнатальном поведении по женскому/ мужскому типу. Феминизирующая гормональная патология у мужчин и маскулинизирующая гормональная патология у женщин, за исключением случаев очень сильных гормональных нарушений, может больше сказаться на полоролевой идентичности, чем на ядерной половой идентичности.

Превышение уровня андрогенов у девочек в пренатальном периоде может привести, например, к мальчишескому поведению, повышенному выбросу энергии в играх, агрессии. Неадекватная пренатальная андрогенная стимуляция у мальчика может привести к некоторой пассивности и неагрессивности, не оказывая влияния на ядерную половую идентичность. Дети гермафродиты развивают устойчивую женскую или мужскую идентичность в зависимости от того, воспитывали их как девочек или как мальчиков, и вне зависимости от того, какой у них генетический код, гормональный уровень и даже – до некоторой степени – внешний вид гениталий (Мани и Эрхардт, 1972 г.; Мэйер, 1980 г.).

Столлер (1975b), Персон и Овэзи (1983, 1984) провели ряд исследований по выявлению взаимосвязи между ранней патологией в детско родительских отношениях и закреплением ядерной половой идентичности. Транссексуализм, т. е. идентификация индивида с полом, противоположным биологическому, не зависит от генетических, гормональных или физиологических генитальных отклонений. Хотя при изучении некоторых биологических вариаций, особенно женского транссексуализма, возникает вопрос о возможном влиянии гормонального уровня, все таки больше оснований видеть причины этого явления в серьезных нарушениях ранних психосоциальных взаимодействий.

В этой связи очень интересны впервые описанные Столлером (1975b) психоаналитические исследования взрослых транссексуалов и детей с аномальной половой идентификацией, дающие информацию об основных паттернах родительско детских взаимоотношений. Обнаружилось, что у мужчин транссексуалов (мужчин по биологическим признакам, имеющих женскую ядерную идентичность) матери, как правило, имели ярко выраженные бисексуальные черты, а отцы либо отсутствовали, либо были пассивными и отстраненными. Мать видела в сыне как бы свое продолжение, неотъемлемую часть себя. Подобный блаженный симбиоз приводил к постепенному стиранию у ребенка мужских качеств, повышенной идентификации с матерью, а также отказу от мужской роли, неприемлемой для матери и неудачно сыгранной отцом. У женщин транссексуалов мать обычно отвергающая, а отец либо отсутствует, либо недоступен для дочери, которая не чувствует, что ее поддерживают как девочку. Это стимулирует ее стать замещающей мужской фигурой для матери в ее одиночестве. Мускулинное поведение дочери одобряется матерью, ее депрессия уходит и возникает чувство полноценной семьи.

То, что в раннем детстве родительское поведение (особенно поведение матери) оказывает огромное влияние на ядерную половую идентичность ребенка и все его сексуальное поведение, характерно не только для людей. В классической работе Харлоу и Харлоу (1965) описывается исследование поведения приматов и приводятся доказательства того, что необходимым условием нормального развития сексуального поведения обезьян является наличие тесного физического контакта детеныша с матерью и связанное с этим чувство безопасности. При недостатке материнской заботы в раннем возрасте и малочисленных контактах со сверстниками во время критической фазы развития во взрослом состоянии отмечаются различные нарушения сексуального поведения. Такие особи в дальнейшем также страдают от социальной дезадаптации.

Хотя Фрейд (1905, 1933) полагал, что представители обоих полов обладают психологической бисексуальностью, он постулировал, что ранняя генитальная идентичность как у мальчиков, так и у девочек, носит маскулинный характер. Он считал, что девочки, первоначально сосредоточенные на клиторе как источнике удовольствия (по аналогии с пенисом), затем изменяют свою первичную генитальную идентичность (и скрытую гомосексуальную ориентацию) в позитивной эдиповой фазе. Эти перемены связаны, по мнению Фрейда, с реакцией разочарования по поводу отсутствия пениса, кастрационной тревогой и символическим стремлением восполнить отсутствие пениса с помощью ребенка от отца. Столлер (1975b, 1985), однако, придерживается иной точки зрения. Он считает, что, принимая во внимание сильную привязанность младенца к матери и симбиотические отношения с ней, ранняя идентификация младенцев обоих полов носит фемининный характер. В процессе сепарации индивидуации мальчики постепенно переходят от женской к мужской идентичности. Персон и Овэзи (1983, 1984), однако, на основе своего исследования пациентов с гомосексуальной ориентацией, трансвеститов и транссексуалов постулируют врожденность половой идентичности – и мужской, и женской. Я полагаю, что точка зрения Персона и Овэзи соответствует данным Мани и Эрхардта (1972), а также Мэйера (1980), о формировании ядерной половой идентичности гермафродитов, а также их наблюдениям взаимодействия матери с младенцами мужского и женского пола с самого рождения и психоаналитическим наблюдением нормальных детей в сравнении с детьми, имеющими сексуальные отклонения, особенно исследованиям, в которых рассматриваются сознательная и бессознательная сексуальная ориентация родителей (Галенсон, 1980; Столлер, 1985).

Брауншвейг и Фейн (1971, 1975), соглашаясь с гипотезой Фрейда о врожденной бисексуальности обоих полов, приводят доводы в пользу того, что психологическая бисексуальность основывается на бессознательной идентификации младенцев с обоими родителями. Впоследствии бисексуальность корректируется в диаде “мать ребенок”, в результате чего происходит определение ядерной половой идентичности и ее фиксация. Как утверждают Мани и Эрхардт (1972), неважно, что “папа готовит ужин, а мама управляет трактором”, – социально обусловленные половые роли родителей никак не скажутся на становлении ядерной сексуальной идентичности ребенка, если их собственные ядерные половые идентичности строго дифференцированы.

Задание и принятие ядерной половой идентичности определяет принятие либо мужской, либо женской половой роли. Поскольку бессознательная идентификация с обоими родителями (бессознательная бисексуальность, признанная в психоанализе) также подразумевает бессознательную идентификацию с ролями, приписываемыми тому или иному полу, существует четкая тенденция к бисексуальным паттернам поведения и отношений, а также к бисексуальной ориентации как всеобщему человеческому свойству. Возможно, что кроме строгих социальных и культурных требований четкой половой идентичности (“Ты или мальчик, или девочка”) последняя подкрепляется и определяется интрапсихической необходимостью в интегрированной и консолидированной идентичности личности в целом. То есть ядерная половая идентичность ложится в основу формирования идентичности Эго. Фактически, как предположил Лихтенштейн (1961), сексуальная идентичность является ядром эго идентичности. Клинические исследования показывают, что недостаточная интеграция идентичности (синдром диффузии идентичности) обычно сосуществует с проблемами половой идентичности и, как подчеркивали Овэзи и Персон (1973, 1976), у транссексуалов обычно обнаруживаются серьезные нарушения и других аспектов идентичности.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 Все



Обращение к авторам и издательствам:
Данный раздел сайта является виртуальной библиотекой. На основании Федерального закона Российской федерации "Об авторском и смежных правах" (в ред. Федеральных законов от 19.07.1995 N 110-ФЗ, от 20.07.2004 N 72-ФЗ), копирование, сохранение на жестком диске или иной способ сохранения произведений, размещенных в данной библиотеке, категорически запрещены.
Все материалы, представленные в данном разделе, взяты из открытых источников и предназначены исключительно для ознакомления. Все права на книги принадлежат их авторам и издательствам. Если вы являетесь правообладателем какого-либо из представленных материалов и не желаете, чтобы ссылка на него находилась на нашем сайте, свяжитесь с нами, и мы немедленно удалим ее.


Звоните: (495) 507-8793




Наши филиалы




Наша рассылка


Подписаться