Тарт Чарльз "Пробуждение: преодоление препятствий к реализации возможностей человека"

Так отождествление может казаться полезным процессом для автоматической (и, быть может, эффективной?) мобилизации внимания и энергии для выполнения полезных задач. В действительности это может обходиться нам весьма дорого.

ЦЕНА ОТОЖДЕСТВЛЕНИЯ

Отождествление имеет свою собственную цену или же, говоря языком психологии, такие последствия, которые могут нам не нравиться.

Статичный процесс в изменяющемся мире

Первая важнейшая расплата за отождествление следует из того факта, что оно имеет качество «статичности». Мы отождествляемся с вещами, которые наш ум молчаливо считает неизменными (например, мое тело, моя машина, моя собственность, прошлые события). Логически, сознательно мы понимаем, что это не совсем так, но мы редко думаем логично и в полной мере сознательно о том, с чем мы отождествляемся. Даже умственные построения, с которыми мы отождествляемся, обычно обладают качеством твердых и неизменных вещей: то, что вы говорили минуту назад, оказывается уже прошлым событием и, соответственно, тоже становится неизменным; вы предполагаете, что решения, которые вы принимали, всегда правильны. То понимание мира, которое у вас есть, должно быть абсолютной истиной. Вы должны всегда чувствовать себя хорошо.

Трудность, присущая отождествлению с чем либо в физическом мире или в нашем собственном уме, состоит в том, что реальность непрерывно меняется. Многие философские учения и духовные традиции указывали, что реальность подвержена бесконечному изменению. Таким образом, когда вы отождествляетесь с чем то, эта вещь будет изменяться, а не оставаться той же, с которой вы отождествились. Вы будете постоянно испытывать разочарование оттого, что реальность объекта вашего отождествления не остается той же самой. Как часто нам приходится слышать жалобы: «Он оказался совсем не тем прекрасным человеком, за которого я выходила замуж. Он изменился!» (с тем же успехом вы можете представить себе ту же жалобу, высказываемую от лица мужа). Или вам придется заставлять себя отказаться от вашего отождествления с изменившимся объектом. Ведь обычно процесс отождествления не терпит произвольного изменения, даже хотя его непроизвольное действие все время связано с множеством быстрых изменений.

Тело, которое является «мной», болеет, стареет и в конечном счете умирает. Моя машина приходит в негодность. Моя собственность постепенно износится, разрушится или может быть украдена. Я могу пытаться сохранить свою память о прошлых событиях, но память тоже может угаснуть, и тогда придется спрашивать у других людей, действительно ли происходили эти события. Но все равно память не может давать того удовлетворения, которое дает нам реальность. И казавшаяся мне блестящей догадка, которая у меня была в прошлом году, тоже начинает бледнеть: а была ли она вообще верной? Студентка в аудитории поднимает руку и говорит: «На странице 157 вашей книги «Состояния сознания» вы пишете, что...» Я не уверен, считаю ли я сейчас это утверждение достаточно адекватным, но ведь я должен защищать его, не так ли? Отождествляясь с теми или иными вещами, мы заранее обрекаем себя на неизбежные потери.

Незащищенность, проистекающая из принятого в нашей культуре убеждения, что вселенная враждебна, а мы слабы и полны недостатков, делает отождествление, кажущееся нам защитой от перемен, еще более заманчивым.

Кто выбирает ваши отождествления?

Вторая главная расплата за отождествление связана с тем фактом, что большую часть вещей и ролей, с которыми вы автоматически отождествляете себя, выбрали не вы сами. В процессе окультуривания, наведения согласованного транса вас обхаживают и обусловливают так, чтобы вы отождествлялись со многими ролями, идеями, людьми, делами и ценностями, которые могут не представлять никакого или почти никакого интереса для вашей сущности или даже противоречить ей. На самом деле некоторые из тех людей, с которыми мы отождествляемся, имеют множество вредных и психопатологических качеств, и, отождествляясь с ними, мы приобретаем многие из их недостатков. Это особенно справедливо по отношению к нашим родителям.

Обычно люди открывают в своей жизни факты этого непроизвольного отождествления достаточно поздно. Слишком часто мы слышим вещи типа: «Я заставил себя пройти юридическое обучение и заниматься юридической практикой двадцать лет, прежде чем я однажды осознал, что на самом деле право меня никогда не интересовало. Просто мои родители всегда ожидали, что я пойду по стопам отца. Что то во мне постоянно испытывало ненависть к стрессам, которые связаны с этой работой, и я нажил себе язву и гипертонию. Мне пришлось потратить большую часть моей жизни на то, чтобы заниматься вещами, которые мне неприятны!»

Вспомним, что отождествление предполагает уделение внимания и энергии тем вещам, с которыми мы отождествляемся. Но мы не обладаем неограниченным количеством энергии и внимания, и если мы направляем свои энергию и внимание на определенные объекты, с которыми мы отождествляемся, это означает, что нам приходится отвлекать эту энергию и внимание от других объектов. Отождествление с теми вещами, в отношении которых у нас выработана условная реакция отождествления, не зависящая от предпочтений нашей сущности, является важным аспектом нашей жизни и того, что мы называем своей личностью. Тот факт, что мы автоматически отождествляемся со многими вещами, которые не мы сами выбираем, является одной из причин, по которым Гурджиев называл личность «ложной личностью''.

Автоматизация отождествления

Третья главная цена, которую мы платим за отождествление, состоит в том, что этот процесс слишком сильно автоматизирован. Если бы ваши разнообразные, хорошо развитые тождественности [15] были подобны гардеробу, если бы вы могли сознательно выбирать, какие костюмы, какие тождественности являются наиболее подходящими для данной ситуации с учетом всего, что вы знаете, то в этом случае отождествление могло бы быть весьма полезным инструментом. Однако обычно происходит так, что некоторая ситуация «К» всегда автоматически активирует тождественность «К».

Если же на самом деле ситуация «К» оказывается более сложной, чем та, с которой может справиться тождественность «К» (которой «вы» в это время являетесь), то эта тождественность может потерпеть неудачу. Все остальные ваши тождественности и спрятанный за ними какой то реальный «вы» унаследуют последствия поведения тождественности «К» в этой ситуации. Гурджиев подчеркивал это, говоря, что любая из ваших многочисленных тождественностей может подписать чек или выдать вексель: все остальные «вы» будете обязаны платить, нравится это вам или нет. Сколь часто нам приходится спрашивать себя: «И почему я обещал сделать то то и то то?» Та личность, которая спрашивает, вполне может быть не той личностью, которая обещала.

И последняя расплата за отождествление следует из того, что автоматическая доступность обусловленных тождественностей может скрывать от вас тот факт, что вы не знаете, кем вы на самом деле являетесь, вашей сущности, вашей глубочайшей самости, или подлинного «я», скрытого за этими поверхностными проявлениями. Действительно ли вы – это ваше имя? Или ваши роли? Ваши чувства? Ваш разум? Ваше тело?

Или же вы на самом деле нечто гораздо большее, чем все то, с чем вы отождествляете себя?

В следующей главе мы обсудим результаты привычных для нас отождествлений – состояния тождественности.

12. СОСТОЯНИЯ ТОЖДЕСТВЕННОСТИ

Единство сознания иллюзорно. В один и тот же момент времени человек обычно делает сразу несколько вещей – так происходит постоянно, – и по этой причине представления этих действий в сознании никогда не бывают полными... Будучи активным действующим лицом, человек всегда принимает решения и строит или осуществляет планы, и ему нравится верить, что он полностью управляет всем тем, что он делает; однако нередко он может заблуждаться в отношении причин своего поведения. ...Единство сознания является иллюзией, возникающей отчасти в результате заполнения пробелов в памяти путем опознавания и вспоминания.

Будучи рассмотрена в более широком контексте, проблема воли поднимает вопрос о единстве личности. Является ли сила воли неким всеобъемлющим качеством, способным сохраняться на протяжении времени, придавая некоторое единство индивиду, или же она является чем то фрагментированным и подверженным ограничениям текущей ситуации? На это может быть дан следующий общий ответ: личность гораздо в меньшей мере едина, чем нам хотелось бы считать, и воля столь же подвержена диссоциации, как и процессы восприятия.

Какая из этих двух цитат, на ваш взгляд, принадлежит традиционно ориентированному психологу, а какая – духовному учителю?

В предыдущей главе мы исследовали распространенность процесса отождествления, то, каким образом качество «Это Я!» может быть приписано почти всему. Хотя мы можем отождествляться со многими вещами, у нас существуют привычные и автоматизированные стереотипы отождествления, взаимосвязанные множества объектов отождествления, которые образуют узнаваемые «состояния тождественности». В этой главе мы будем рассматривать эти состояния тождественности, или субличности.

НАШИ МНОЖЕСТВЕННЫЕ ЛИЧНОСТИ

Мы воспринимаем самих себя как нечто одно. Мое имя Чарльз Тарт, и это означает, что я, предположительно, являюсь единым организмом. Процесс отождествления автоматически заставляет нас говорить «Я!» почти всему, что проходит через наше сознание. Однако! бывают случаи, когда, мы видим в себе временные, но довольно сильные изменения, и тогда говорим о себе самом так, как будто бы это был кто то другой: «Я тогда вообще не был самим собой». Часто мы выражаем это в такой форме «Прошу меня извинить, но я тогда был не в себе».

Смена тождественности в измененных состояниях сознания

В психиатрии есть старый афоризм, что психопатология, будучи преувеличением нормальности, делает нормальность видимой. Те радикальные изменения, которые все мы относим к измененным состояниям сознания, являются очевидными примерами определенных изменений структуры нашей тождественности. В качестве образца можно привести случаи, когда человек находится в состоянии сильной интоксикации алкоголем или каким либо другим психоактивным веществом, а также когда мы видим сны. При сильном стрессе мы также порой можем наблюдать, что наше чувство собственного «Я», чувство того, кто мы есть, может меняться весьма радикальным образом. Эти резкие изменения сознания делают видимыми перемены в самом процессе отождествления и в выборе объектов отождествления, которые иначе происходят на заднем плане и воспринимаются как нечто данное, оставаясь незамеченными. Однако идея о том, что эти массированные изменения каким либо необычным качественным образом отличаются от нашего обычного, единого сознания, увековечивает эту великую иллюзию.

Тело как источник тождественности

Мы действительно обладаем неким фундаментальным единством, которое проявляется в том, что физическое тело каждого из нас остается одним и тем же день ото дня. Наше единство заключается в том, что очень большое количество воспоминаний о фактах нашей жизни доступно нам почти всегда. Все эти воспоминания организованы по отношению к чувственным восприятиям одного тела, так что легко прийти к выводу, что они принадлежат одному «Я», или одной личности. Кроме того, люди называют нас (точнее, наше тело) все время одним и тем же именем и имеют устойчивые ожидания в отношении того, как мы будем себя вести.

Однако это не слишком достаточное основание для доказательства единства нашего сознания. Все эти факты о нашей жизни могли бы, предположим, храниться в памяти одного компьютера, который делал бы их постоянно доступными в одном «теле». Этот компьютер назывался бы все время одним и тем же именем, и люди имели бы неизменные ожидания в отношении того, что этот компьютер будет делать. Примерно до этого уровня развития дошел наш кран сортировщик седьмого поколения. Захотим ли мы приписывать сознание, а тем более, единое сознание, этому компьютеру?

Иллюзия единства

В предыдущей главе мы говорили о распространенности процесса отождествления. Практически всему может быть приписано качество «Я!». Это может происходить с огромной силой и почти мгновенно. Гурджиев так говорил об этом:

Одна из наиболее важных ошибок человека, о которой следует всегда помнить, это его иллюзия в отношении своего «Я»... Его «Я» изменяется так же быстро, как и его мысли, чувства и настроение, и человек допускает глубокую ошибку, считая себя всегда одной и той же личностью; в действительности он всегда является другим человеком, не тем, кем он был всего лишь мгновение назад.

У человека нет постоянного и неизменного «Я». Каждая мысль, каждое настроение, каждое ощущение говорит «Я». И в каждом случае считается само собой разумеющимся, что это «Я» относится к целому, ко всему человеку...

Когда Гурджиев высказывал подобного рода утверждения в начале нашего столетия, его слова, казалось, противоречили всему, что мы знали, и были явно оскорбительными для всего, во что мы хотели верить в отношении самих себя. Помните, я спрашивал, какая из двух цитат в начале этой главы, в которых говорится об отсутствии в нас единства, принадлежит духовному учителю. Так вот: ни та, ни другая.

Оба высказывания сделаны Эрнстом Р. Хилгардом, Почетным профессором психологии Стэнфордского университета. Это один из ведущих психологов в Соединенных Штатах, он является весьма уважаемым лидером психологического истеблишмента и не считается сторонником «крайних» идей, выходящих за рамки общепринятого мировоззрения. Мне посчастливилось быть сотрудником его лаборатории после защиты докторской диссертации.

Для понимания единства нашей личности или же, наоборот, отсутствия такого единства мы должны рассматривать материал гораздо больший, чем фактографические данные в нашей памяти, связанные с единичным телом. Мы должны включить в это рассмотрение наши склонности и наши антипатии, ценности, эмоциональные переживания, надежды и страхи, намерения, проявления бессознательного (здоровые и нездоровые) и многие более тонкие психологические процессы. Когда мы обсуждаем все наше психологическое функционирование, то честное самонаблюдение, так же как и наблюдение со стороны других, показывает нам, что мы являемся не чем то одним, а многими сущностями одновременно. Если бы сделать всеобъемлющую «фотографию» нашего ума в какое то одно мгновение времени, то на ней окажется совершенно другая личность, чем на такой же «фотографии», сделанной в другой момент. И действительно, если не принимать в расчет общее тело и содержание фактографической памяти, данное вам имя и устойчивые ожидания других людей в отношении вас, порой может показаться нелепым верить в то, что эти две личности вообще имеют хоть что нибудь общее.

Это можно легко понять на примере следующих крайних случаев. Предположим, что вы наблюдаете себя в тот момент, когда вы находитесь в чрезвычайно угрожающей ситуации и разгневаны, или, например, в то время когда вы находитесь в безопасной обстановке и преисполнены чувства любви, или когда вы полностью поглощены какой то интересной, но трудной работой. Вы будете выглядеть как совершенно различные люди. Гурджиев подчеркивал, что эти резкие отличия между нашими разными «Я» проявляются не только в каких то исключительных случаях, но вообще чрезвычайно распространены. Таким образом, наше «Я» в разные мгновения может быть совершенно разными людьми. Позвольте мне сейчас дать определение состояния тождественности таким же образом, как я определил состояния сознания в первой главе.

Состояние тождественности для данного индивида (индивидуальные различия очень важны) является уникальной конфигурацией, или системой, психологических структур, или подсистем. Части или аспекты ума, которые мы можем разграничивать для аналитических целей (например воспоминания, ценности, умения) объединены в определенного рода паттерн, или систему, которой придается смысл «Я». Паттерн, или система, – это состояние тождественности. Природа этого паттерна и тех элементов, которые его образуют, определяют, что мы можем и чего не можем делать в этом состоянии. Например, в состоянии тождественности, которое обладает большими возможностями и уверенностью в себе, вы можете делать такое, о чем вы бы даже не мечтали в других состояниях.

Состояние тождественности представляет собой динамический процесс. Те или иные особенности его отдельных аспектов постоянно изменяются, даже хотя общая конфигурация остается одной и той же. Так, например, содержание нескольких моих последних мыслей изменяется от одной мысли к другой, но очевидно, что все они являются частями того присутствующего во мне паттерна, который я называю «писатель». Иногда я думаю, что состояние подобно жонглеру, который снова и снова подбрасывает несколько шариков по кругу: шарики все время находятся в движении, но рисунок их кругового движения остается одним и тем же.

Конфигурация состояния тождественности достаточно устойчива до тех пор, пока не происходит некоторое внешнее или внутреннее событие (или события), которые являются значимым стимулом для какого либо другого состояния тождественности. Эмоции очень часто вызывают смену состояний тождественности. Обычный диапазон состояний тождественности, в которых мы функционируем, обычно именуемый личностью, на самом деле является тем, что Гурджиев называл «ложной личностью» (эта тема будет подробно обсуждаться в главе пятнадцатой), поскольку состояния тождественности насильно навязывались нам в процессе окультуривания, а не были выбором нашей сущности или нашего высшего сознания. Совокупность обычных состояний тождественности изначально существует в рамках общей конфигурации, которую мы называем обычным сознанием (согласованным трансом).

Продолжительность сохранения «Я»

Иногда то или иное «Я» может сохраняться на протяжении минут или даже часов, но Гурджиев настаивал, что это не делает нам чести; это всего лишь механический результат сохранения тех обстоятельств, которые активизируют в нас эту частную форму «Я». Что же происходит с «Я», что дает ему возможность быть полностью сознательным на протяжении нескольких секунд в том упражнении, которое мы приводили во введении к этой книге? Будет ли это «Я» при отсутствии внешнего подкрепления замещаться через мгновение другим «Я», которому совершенно неинтересна возможность оставаться сознательным во время наблюдения за секундной стрелкой часов? Процессы отождествления, которые мы обсуждали в предыдущей главе, заставляют нас узнавать свое «Я» в каждом из состояний тождественности, через которые мы проходим, но все это не дает нам никакого постоянного, самоопределившегося «Я». Проявление различных «Я» в согласованном трансе является прямой аналогией постгипнотического внушения при обычном гипнозе: когда появляется внушаемый (условный) раздражитель, то появляется и связанное с ним поведение, условная реакция, то есть то или иное «Я».

Состояния тождественности

Мы будем обозначать эти различные «Я» термином «состояния тождественности», который я ввел в ходе изучения состояний сознания. Состояние тождественности – это временная совокупность психологических факторов, обладающая узнаваемыми качествами, позволяющими вам (если вы приобрели навык самонаблюдения того типа, о котором будет говориться позже в этой книге) или же внешним наблюдателям, распознавать это состояние как отдельную сущность. Это распознавание другими людьми обычно выражается в словах типа «Джон снова пьян», «У Кэрол опять это ее настроение» или «Билл сегодня лезет в бутылку».

Состояние тождественности, как и любое другое состояние сознания, является определенной конструкцией. Отдельные характеристики (воспоминания, объекты отождествления, склонность к определенным настроениям, связанные с этим фантазии, те или иные умения и т.п.) временно объединяются вместе, функционируя как единое целое, которое имеет особый «букет». Это состояние тождественности затем определяет то, каким именно образом вы будете имитировать мир вокруг вас, и, значит, как вы будете воспринимать самих себя и ваш мир.

Человек, захваченный состоянием тождественности, обычно не знает, что он находится в каком то отдельном состоянии, и не знает, что это состояние не представляет собой всю его сущность: в этом и состоит весь ужас согласованного транса. Все ваше сознание отождествляется с этим состоянием; ничего не остается за пределами такого состояния, и нечему предупредить вас о том, что происходит. Если бы вы сразу же поняли, что начинает происходить, что в вас начинает проявляться определенное состояние тождественности с известными вам свойствами, вам было бы гораздо легче. Вы смогли бы выбирать, позволять ли проявляться этому состоянию тождественности или попытаться воспрепятствовать ему. Если же вы уже находились бы в этом состоянии, то вы смогли бы принять решение, хотите ли вы оставаться в нем или нет. «Вот возникло состояние А, а я нахожусь в ситуации Б. Является ли состояние А подходящим для достижения моих целей в ситуации Б?» Эта способность выбирать состояние тождественности была бы подобна одному из аспектов просветления, которые мы обсуждали в первой главе, способности выбирать состояние сознания (измененное или обычное), которое будет наиболее подходящим для ситуации, в которой вы находитесь. Состояние тождественности, подобно измененному состоянию сознания, рассматривалось бы как инструмент, который вы будете использовать в соответствии с вашими задачами.

Если из прошлого опыта вам, например, известно, что в некотором конкретном состоянии у вас всегда возникают проблемы в ситуациях, подобных той, в которой вы сейчас находитесь, вы могли бы научиться выходить из этого состояния. Или же вы смогли бы намеренно использовать это состояние для достижения более масштабных целей и с учетом вашего более обширного знания, при этом не отождествляясь с таким состоянием. Но обычно мы всего этого не знаем. Мы автоматически говорим «Я!», «мое» по отношению практически ко всем состояниям тождественности, за что нередко приходится расплачиваться остальным нашим тождественностям и нашей подлинной сущности.

ОСЛОЖНЕНИЯ, ВЫЗЫВАЕМЫЕ СОСТОЯНИЯМИ ТОЖДЕСТВЕННОСТИ

Наиболее очевидные трудности, возникающие от обладания многими «Я», проявляются в случае так называемой «множественной личности». Множественные личности нередко имеют полную амнезию в отношении переживаний и действий их других «Я». У каждого из этих «Я» могут быть обширные пробелы в памяти, после чего они будут внезапно пробуждаться, находя себя вовлеченными в совершенно незнакомую ситуацию. Так, например телесные реакции при болезни или при приеме лекарств могут изменяться от одной личности к другой. Книги Кребтри «Множественный человек» (1985) и Кийса «Умы Билли Миллигэна» (1981) являются прекрасными описаниями случаев множественной личности. Однако мы остановимся на неосознаваемой множественности обычных людей, таких, как вы или я.

Чтобы рассмотреть некоторые осложнения, которые могут быть вызваны нашими многочисленными состояниями тождественности, я построю пример, основанный на некотором моем жизненном опыте.

Объективно ситуация такова. Через мой двор проходит небольшой овраг, по дну которого течет ручей. Я занимался определенной работой на дне оврага, ремонтируя мостик, который переброшен через овраг, и оставил там небольшую лестницу. Неожиданно сильный дождь, который шел всю ночь, затопил овраг, и вода смыла лестницу. Мне бы хотелось возвратить себе свою лестницу, и для этого я должен был пройти вниз по течению ручья через дворы других людей, пока я либо найду лестницу, либо приму решение, что я ее потерял безвозвратно.

Как именно я отправлюсь вниз по течению ручья? И кто именно во мне пойдет вниз по ручью?

Состояние первое: Исследователь

У меня есть три доступных для меня состояния. Первое из этих состояний уходит своими корнями в мое детство. Мы можем назвать его «Исследователь». Исследователю нравится путешествовать повсюду и открывать новые для себя вещи. Эта особая форма отождествления включает в себя важные аспекты моей сущности, связанные с тем, что я всегда был любопытным в отношении всего. Исследователь также верит в то, что он имеет право ходить повсюду и возмущаться, что люди строят заборы и другие препятствия, которые ему мешают.

Состояние второе: Хороший Сосед

Второе состояние может быть названо «Хороший Сосед». Оно сформировалось в моей жизни гораздо позже и оно проявляется во мне, когда я думаю о себе как о владельце собственности, который ценит уединение и имеет исключительное право контролировать свои владения. Хороший Сосед также является дружелюбным человеком, который хотел бы поддерживать хорошие отношения со всеми своими соседями.

Состояние третье: Нарушитель Границ

Третье состояние, подобно состоянию Исследователя, уходит своими корнями в мое детство. Мы назовем это состояние «Нарушитель Границ». Его мир полон интересных мест, владельцами которых, к сожалению, являются сильные и недружелюбные взрослые, которым нравится кричать на вторгающихся на их территорию мальчиков. Они пытаются ударить их и создают для них большие неприятности со стороны их родителей. Мир Нарушителя Границ абсолютно подчинен этим законам.

Мое физическое тело идет вниз по ручью, высматривая лестницу. На заднем дворе человека, с которым я не знаком, из окна выглядывает мужчина и кричит: «Что вы здесь делаете?» Мы пока не будем рассматривать возможные состояния тождественности, в которых мог бы находиться этот мужчина, и как они влияют на то, как он кричит. Будем считать его крик просто упрощенным описанием происходящего.

Как я буду реагировать на этот окрик? Какова моя внутренняя реакция, как я ее выражу и что произойдет после этого – все это в значительной мере зависит от того состояния тождественности, в котором я находился, когда этот мужчина на меня закричал.

Предположим, что во мне в этот момент преобладает Исследователь. Мое восприятие будет расценивать то, что человек крикнул на меня, как явно враждебное действие. Поскольку я не причиняю ему никакого вреда, проходя через его двор, с его стороны несправедливо на меня сердиться. В подкрепление моего чувства, что я являюсь жертвой несправедливости, я вспомню, что русла ручьев – это общественная собственность, так что этот человек не имеет права спрашивать у меня, почему я нахожусь в русле ручья: оно как бы не находится на принадлежащей ему территории. Это «воспоминание» вполне может быть выдумкой, а не действительной памятью, но в этом состоянии тождественности оно будет казаться мне действительной памятью, поскольку оно восполняет мою потребность в самозащите. Кроме того, поскольку мне приятно увидеть какое то новое место, то окликнувший меня человек пытается препятствовать моему удовольствию.

Дискомфорт, вызванный во мне этим окриком, быстро переходит в гнев: я должен защитить себя (мое первое состояние тождественности, состояние Исследователя, но в тот момент это состояние полностью является «мной»). И я склонен крикнуть в ответ что нибудь типа: «А ты кто такой?», «Тебе какое дело?» или «Кто ты такой, чтобы задавать мне вопросы?» Такая сильная реакция кажется мне явно необходимой для того, чтобы защитить себя.

Предположим, что в критический момент во мне преобладает второе состояние, состояние Хорошего Соседа. Я поражен окриком, но сразу же осознаю, что этот человек, вероятно, является владельцем этой территории. То есть он, подобно мне, является хозяином своих владений. И поэтому он имеет полное право быть озабоченным тем, кто я такой и что я делаю в его дворе, точно так же, как был бы озабочен я на его месте. Как для Хорошего Соседа для меня очень важно установить благоприятные отношения с моим соседом, показав ему, что я уважаю его права (так же, как он, как я ожидаю, уважает мои), и рассеять его тревогу в отношении того, кто я такой и почему я здесь.

Моя реакция будет дружественной, и я отвечу ему что нибудь вроде: «Привет, я Чарли Тарт, ваш сосед – я живу немного выше по течению ручья. Простите, что я нахожусь на вашем дворе, но я ищу свою лестницу, которую смыло во время дождя прошлой ночью и унесло вниз по ручью. Вот это был ливень, не так ли? Не видели ли вы небольшую деревянную лестницу? Понимаете, я просто иду вниз по течению ручья в надежде найти свою лестницу». Мое состояние тождественности подкрепляется этими словами: я поступаю так, как должен поступать хороший сосед. Действительно, поскольку я внутренне отождествился с этими чувствами, это не роль – это «действительно я» (по крайней мере в этот момент).

Но все будет совершенно иначе, если моим преобладающим состоянием тождественности в этот критический момент будет Нарушитель Границ. Когда меня окрикнут, я почувствую себя подобно ребенку, находящемуся во власти могущественных и неприятных взрослых. Я буду воспринимать окрикнувшего меня человека как могущественного взрослого, а себя самого как кого то беспомощного, кто плохо ведет себя и заслуживает того, чтобы на него накричали. Ведь я виноват в том, что нарушил границы! Мое восприятие может быть действительно искажено, и вся эта ситуация покажется мне гораздо более значительной, чем она является на самом деле, а мое тело покажется мне меньше, чем оно есть в действительности.

Однако Нарушитель Границ существует как взрослый человек, так что я не буду пытаться просто убежать, я буду отвечать на окрик. Я могу сказать что нибудь типа: «Прошу прощения, я не хотел беспокоить вас, я ваш сосед, живущий выше по ручью, и я ищу свою лестницу, которую смыло дождем прошлой ночью». Нарушитель Границ немедленно попытается успокоить авторитетного взрослого человека, безоговорочно признавая свою вину и высказывая угрызения совести, даже хотя и используя при этом явно взрослые слова и способы объяснения.

Состояния тождественности другого человека

То, что произойдет вслед за этим, зависит в основном от состояния тождественности окликнувшего меня человека. Если он находится в том или ином состоянии неуверенности, а я являюсь Исследователем, то моя контратака может усилить его состояние неуверенности и приведет к тому, что он начнет объяснять, что живет здесь (много более слабая роль, чем роль хозяина), и его заинтересовало, что происходит (менее требовательное высказывание). Затем я могу любезно объяснить, что я ищу свою лестницу, но важным психологическим событием было то, что я защитил мою (Исследователя) целостность.

Если этот человек не уверен в себе, а я Хороший Сосед, то он может соскользнуть в такое же состояние Хорошего Соседа, и мы быстро уладим ситуацию, может быть, даже заведем знакомство. Если же я Нарушитель Границ, он может почувствовать мою вину, и это увеличит вероятность того, что он войдет в состояние тождественности, которое можно назвать состоянием Взрослой Авторитетной Персоны, и этим испугает меня еще больше.

Однако если человек, окрикнувший меня, находится в состоянии тождественности, в котором видит в себе уверенного хозяина владений, то его реакция на Исследователя будет враждебной и он может выгнать меня прочь. В этом случае дружественной будет его реакция на мое состояние Хорошего Соседа.

Его состояние тождественности в тот момент, когда я появился в его дворе, также могло бы быть вызвано ранее чем то, совершенно не относящимся к текущей ситуации, – например стычкой с женой. Поэтому его окрик, обращенный ко мне, может быть очень сердитым, но иметь весьма малое отношение ко мне или к реальной ситуации моего пребывания на его территории. Я, конечно же, не могу всего этого знать и буду объяснять его реакцию, основываясь на предположениях, что она связана с моим присутствием – и т.д., и т.п. Между нами могут возникнуть самые разнообразные действия и реакции. Их разнообразие и непредсказуемость могут быть еще большими, если что то, что делал каждый из нас, находясь в том или ином исходном состоянии тождественности во время этой ситуации, приведет к смене состояния тождественности одного из нас либо нас обоих. Объективная реальность ситуации чрезвычайно проста, а психологические механизмы, вовлеченные в нее, оказываются гораздо более сложными.

САМОВСПОМИНАНИЕ ДЛЯ КОНТРОЛЯ СОСТОЯНИЙ ТОЖДЕСТВЕННОСТИ

Хотя этот вопрос полнее рассматривается в главе восемнадцатой, позвольте мне сейчас представить кратко идею самовспоминания. В своей основе самовспоминание включает, среди прочего, создание такого аспекта сознания, который не отождествляется с тем или иным частным содержанием вашего ума в любой момент времени и который может следить за вами в целом. Это частичный шаг к полному пробуждению от согласованного транса. Предположим, что я вспоминаю себя, идущего вниз по ручью.

В состоянии самовспоминания я знал бы о том, что я действительно вторгаюсь в чужие владения, но я понимал бы и то, что с объективной точки зрения это нарушение границ является очень тривиальным делом. Я помнил бы, что моя цель состоит в том, чтобы найти свою лестницу, и что идти вниз по ручью – это единственный эффективный способ это сделать; я также обладал бы необходимой уверенностью, что, вероятно, могу справиться с любыми осложнениями. Вся сумма моих знаний в большей мере доступна мне по мере необходимости, когда я нахожусь в состоянии самовспоминания.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 Все



Обращение к авторам и издательствам:
Данный раздел сайта является виртуальной библиотекой. На основании Федерального закона Российской федерации "Об авторском и смежных правах" (в ред. Федеральных законов от 19.07.1995 N 110-ФЗ, от 20.07.2004 N 72-ФЗ), копирование, сохранение на жестком диске или иной способ сохранения произведений, размещенных в данной библиотеке, категорически запрещены.
Все материалы, представленные в данном разделе, взяты из открытых источников и предназначены исключительно для ознакомления. Все права на книги принадлежат их авторам и издательствам. Если вы являетесь правообладателем какого-либо из представленных материалов и не желаете, чтобы ссылка на него находилась на нашем сайте, свяжитесь с нами, и мы немедленно удалим ее.


Звоните: (495) 507-8793




Наши филиалы




Наша рассылка


Подписаться